anton_blr (anton_blr) wrote in odin_moy_den,
anton_blr
anton_blr
odin_moy_den

Один день из жизни полевых лингвистов-адыговедов

Снимался этот «Один мой день» ещё аж летом 2011 года. Сейчас мне уже 24, я закончил университет, но в тексте пусть всё остаётся, как было на тот момент.

Добрый день! Меня зовут Антон, мне 22 года. Я родился и вырос в столице Беларуси – Минске, а сейчас заканчиваю осваивать специальность «теоретическая и прикладная лингвистика» в Москве. Но этот один мой день (10 июля 2011 года) я провёл не в Москве, и даже не в Минске, а в адыгейском ауле Уляп, где мы с моими друзьями-коллегами по Институту лингвистики РГГУ были в лингвистической экспедиции.
Если вам интересно, как выглядит современный аул, как проходит день в лингвистической экспедиции, что такое «полевая лингвистика» и зачем вообще всё это нужно – прошу под кат.
Titul
1. День в экспедиции начинается не позже 9 утра. Конечно, должен бы пораньше: в 9 уже завтрак, но мне это очень трудно: я до мозга костей сова.
Это первое, что я вижу, проснувшись. Ура – ещё не все встали, я не самый последний соня.
1a

2. Полежу ещё пару минут и повернусь на другой бок. Как видно по фотографиям, во время экспедиции мы живём в школьных кабинетах. Плакат с такой надписью – форменное издевательство над лингвистами, изучающими грамматику адыгских языков, в которой сам чёрт ногу сломит! Зато хорошее напутствие в начале каждого дня.
2

3. Раннее (для меня) утро оптимизма не вселяет.
3

4. Прогулка к священному месту (в этом году нам повезло, а в прошлом, в ауле Пшичо, на это священное место кроме нас претендовали овцы, которые там от солнца днём прятались. Заходишь – а там толпа такая, и все на тебя смотрят, смущают),
4

5. затем следует чистка зубов и тут меня ловит Ната. У нас смежные грамматические темы в этой экспедиции, и она новичок, а я в экспедиции уже аж целый второй раз, поэтому Ната делится со мной перед завтраком новыми идеями, и мы советуемся по планам работы на сегодня.
6

6. Тем временем дежурные уже заканчивают последние приготовления к завтраку:
7

7. Завтрак полевого лингвиста-адыгеиста: манная каша и халыжи с адыгейским сыром. Халыж – это местная традиционная выпечка, очень вкусная, которой нас щедро угощают наши информанты (информантами в лингвистике называют носителей языка, с которыми работают полевые лингвисты), а сыр – настоящий свежий адыгейский.
8

8. Все завтракают.
10

9. Под конец завтрака пришла одна из наших информанток и принесла целый тазик свежевыловленной рыбы – она их разводит в пруду! Кажется, я уже говорил, как нас угощают? :) Дежурным повезло: рыба полностью разделана и без чешуи.
11

10. Тем временем уже почти 10, и все наши информанты собрались возле школы и ждут начала работы. Родной язык наших информантов – один из диалектов кабардино-черкесского языка, при этом все они владеют русским языком практически как родным – на нём ведётся преподавание в школе (хотя в начальной школе ещё не все дети могут знать русский), да и в обычной жизни он используется очень часто. Кроме того, все они знают ещё и литературный адыгейский, т.к. Уляп территориально находится в Адыгее, и адыгейский язык обязательно изучается в школе.
12

11. Дежурный по информантам оглашает, кто с кем занимается в ближайший час – и все расходятся по своим любимым местам. Я люблю заниматься в кабинете начальных классов в углу школы, хотя там и не работают розетки. 45 минут работы, 15 минут отдых. Это кажется, что переводить предложения с одного почти родного языка на родной просто; на деле же через 45 минут и исследователь, и информант имеют довольно замыленные головы и затуманенное представление о том, как можно сказать, а как нет :)
Первый час...
13

12. Перерыв и пересменка (обычно каждый час исследователь работает с новым информантом)
14

13. Второй час...
15

14. 12:01, файл к концу работы. Любите ли вы адыгские языки так, как люблю их я? :)
16

15. А вот третьего часа работы у меня нет, потому что сегодня 10 июля:
17

и это значит, что сегодня мы с Лизой дежурим. У дежурных нет 3-го и 4-го часов: на четвёртом часу готовится обед, а на третьем можно отдохнуть, погулять и начать готовить обед, если это долгий процесс. Именно поэтому я выбрал этот день для запечатления для сообщества. Так что я воспользуюсь этой возможностью и покажу вам коллег и Уляп.

16. Кто-то любит работать в классах,
18

17. кто-то – в столовой,
19

18. а кто-то вообще предпочитает свежий воздух и тетрадь вместо ноутбука. Свежий воздух я, конечно, тоже люблю, но с трудом представляю, как можно работать без ноутбука (и как это делали раньше, до их появления)
20

19. Ну а Гарик занимается в экспедиции фонетикой, поэтому он работает в отдельном кабинете с микрофоном.
20a

20. Что ж, пойдём гулять (в другие дни времени на это почти нет). Школа стоит на пригорке, а внизу – речушка (на фото не видна). За ней дом одной из наших информанток. Кроме того, что она преподаёт английский в школе, у неё есть птицеферма (видите уток и гусей?):
21

21. Если нет, то вот вам утята покрупнее:
22

22. Местная мечеть:
23

23. Супермаркет на центральной площади. Я не представляю, как он окупается в ауле, пусть и большом. Кроме него в ауле есть ещё, кажется, четыре небольших частных магазина:
24

24. Администрация округа и почта:
25

25. Слева – флаг России, справа – Адыгеи. Облупились немножко.
26

Пока я иду от центральной площади к местным достопримечательностям, в двух словах о работе (можно пропустить). Это уже далеко не первая экспедиция нашего Института, но раньше мы занимались адыгейским языком, а сейчас изучаем бесленеевский диалект кабардино-черкесского.
Мы не можем напрямую спрашивать «а есть ли в вашем языке то-то и то-то?» – так язык не исследуешь. Чтобы сделать качественное описание грамматики неизвестного языка, кроме анализа записанных текстов, работают по методу анкетирования. Заключается он в том, что информант переводит с русского на свой язык какой-то набор предложений (словосочетаний, словоформ и т.п.). Одна и та же анкета спрашивается у нескольких человек, после чего полученные переводы даются другим информантам, которые их переводят назад на русский (причём про какие-то предложения иногда говорят, что так на их языке вообще-то нельзя сказать). Ну а лингвист изучает полученные результаты, сравнивает разные переводы, а затем уже сам конструирует предложения на исследуемом языке и дальше пристаёт к информантам именно с ними: а можно так сказать? а так? а как лучше? а отличаются они или то же самое значат? И т.п. Обычно начинается с этого – ну а дальше как пойдёт. Это, конечно, некоторое огрубление, но в целом именно так, предложение за предложением, постигается грамматическая и синтаксическая структура языка.

26. А вот и Сбербанк.
27

27. Дорога из ниоткуда к мемориалу.
В Великой Отечественной войне воевало, если я не ошибаюсь, более 400 уляпцев. Почти три четверти из них не вернулось. Сам Уляп какое-то время был под немецкой оккупацией. Очень непривычно среди изображений на мемориале кроме привычных лётчиков и солдат с касками со звездой видеть людей в кавказских высоких головных уборах. А на списках погибших – советскую звезду и мусульманский полумесяц.
Рядом с памятником воинам есть памятник репрессированным с текстом на адыгейском языке и списком погибших (его сфотографировали в другой день, поэтому не могу добавить фото). Мне кажется, весьма и весьма необычно видеть рядом два этих памятника. В Уляпе репрессировали более ста жителей аула.
28

28. Обычная аульная улица. Слева за симпатичным забором мечеть. Кроме неё, пожалуй, больше внешне ничего не отличает адыгейский аул от среднерусского села. Да и вообще, расположенная на западном Кавказе Адыгея в целом сильно отличается от восточного Кавказа в сторону привычности для жителей средней полосы: тут даже гор не видно (хотя вообще они есть на территории республики):
31

29. Наша школа (большущая! У меня даже не получилось её на одном кадре вместить). Мы жили и работали только в одном крыле. Второе крыло параллельно первому, между двумя крыльями – проход и актовый зал. Оцените размах!
33

30. А во дворе какая-то старушка по утрам приводит пастись индюков и индюшек. Как я узнал, если рядом с ними посвистеть, они начинают курлыкать и долго не успокаиваются:
35

31. Прочие птички тоже водятся:
36

32. Таблички на школе:
37

33. Во всех кавказских школах висят таблицы про терроризм. Честно говоря, довольно сильно демотивирует...
38

34. и развивает паранойю:
39

35. Тем временем часть ребят закончила работу и отдыхает, а кто-то предпочитает обрабатывать материал по горячим следам:
40a

36. А это свежие материалы Тёмы. Тёма единственный из нас, кто не занимается лингвистикой, он фольклорист (примерно как Шурик в «Кавказской пленнице»).
42

37. Стол отдыха. Не всё же время заниматься исследованиями, правда?
b

38. Знакомьтесь: Ксюшина Великая Таблица. Когда работаешь с таким объёмом материала, Экселя на экране нетбука не хватает. Примерно пол-экспедиции таблица каждый день прибавляла ещё один столбец в виде листа А4:
43

39. Что ж, пора на кухню, а то все голодные. Наши запасы:
44

40. Я собирался сварить традиционный белорусский суп холодник, но утренняя рыба внесла свои коррективы, так что – уха. Но сначала в магазин за недостающими продуктами. Продавцы не одобрили мою фотосъёмку, так что обойдёмся без снимков оттуда.
Картошка для ухи:
46

41. Снятие пробы руководством :)
47

42. На второе – чечевица с адыгейским сыром.
48

43. Кушать подано! С небольшим опозданием, правда.
49

44. После обеда свободное время. Дежурные (то есть мы) моют посуду, остальные спят или отдыхают. Кто-то болтает. Вдруг начинается ливень. Что нас очень радует после недельной жары: все выбегают под дождь. Это был единственный день с дождём за всю экспедицию, так что день для съёмки был выбран удачно.
51

45. Дождик-дождик, пуще! Руководство экспедиции тоже подмочено.
c

46. Здрасьте.
52

47. Вместо душа:
53

48. Дождь постепенно стихает, выглядывает солнце. Все переодеваются в сухое и собираются на традиционные предсеминарские беседы:
55

49. Которые плавно перемещаются на солнышко:
56

50. Начало шестого – время семинара. За время экспедиции каждый из нас один раз выступает на семинаре, рассказывая, что ему уже удалось найти в языке. Конечно, тем, кто в первые дни – сложнее всего. Пока готовишь доклад, хорошо понимаешь, что ты делал неправильно и чего тебе ещё не хватает и надо спросить. За натюрмортом из смертельно опасного сочетания чайников и ноутбуков можно попробовать разглядеть Машу, которая сегодня докладывает:
58

51. Называется – «Строение левой периферии глагольной словоформы». Страшно? А вот и кусок её хендаута на моём мониторе:
59

52. Все слушают. Так выглядит современная компьютеризированная экспедиция:
60

53. Во время семинара к нам неожиданно зашла собака. Мы уточнили, говорит ли она по-кабардински. Видимо, она всё же не говорила, потому что застеснялась и быстренько ушла; я не успел её сфотографировать. Лиза же за ноутбуком чистит картошку (да, всё что можно завалено). Кстати, кроме изучения адыгейского языка, Лиза занимается полевой африканистикой: она описывает небольшой язык яурэ в Кот д'Ивуаре. В последней своей экспедиции она тоже сняла "один свой день" лингвиста-африканиста и обещает его скоро выложить.
61

54. Картошка кончилась, так что я пошёл за ней в магазин. По дороге мной заинтересовалась местная молодёжь, поэтому пришлось вернуться и оставить на всякий случай фотоаппарат в школе.
К тому времени, как я вернулся, семинар уже кончился, и мы переместились на кухню. Надо доделывать остатки рыбы.
62

55. В этой экспедиции у нас есть душ! Так как нынешний президент Адыгеи родился в Уляпе (в экспедиции 2012 года мы с ним неожиданно познакомились лично), школе был подарен современный спортзал. Ну а нам каждый вечер в нём открывают душ, чему мы ужасно рады. В очереди же можно поиграть в настольный теннис или позаниматься на тренажёрах (шикуем). Пока Лиза дожаривает рыбу, иду в душ.
64

56. После душа. Нарды – традиционная игра адыгейских экспедиций. Тот, кто не умеет играть в нарды, не может считаться настоящим адыгейским экспедиционером! :)
65

57. Тем временем ужин готов, голодные учёные штурмуют окошко раздачи:
66a

58. Приятного аппетита!
67

59. После ужина к делу приступает дежурный по информантам. Составить график работы лингвист/информант – не самое простое занятие. Часто бывает так, что с одним и тем же носителем хотят работать несколько лингвистов. Поэтому на завтра все записываются по кругу, имея возможность за раз записаться только на один час: так у всех примерно равные шансы попасть хотя бы к одному из тех информантов, кто им нужен. Право первой ночи, т.е. первой записи в график, у дежурных, потому что у них только два часа работы – меньше выбор.
71

60. Процесс раздумья и очередь. В окне отражаюсь я с фотоаппаратом.
70

61. Ну а теперь – собственно исследовательская работа. Все изучают полученный материал, систематизируют и анализируют языковые данные, составляют новые анкеты, отмечают неясные места, разбирают записанные тексты. Это отдельная часть работы: кроме анкетирования, мы собираем различные рассказы. Смысл нам, в общем-то, не столь важен (хотя, конечно, тоже не безразличен): в первую очередь нас интересуют грамматические формы слов в этих текстах, синтаксические конструкции, морфонологические процессы (всякие звуковые чередования) и т.п. – всё-таки это естественная речь, в отличие от искусственных переводов фраз из наших анкет, в ней могут быть какие-то отличия.
Каждый записанный текст сначала расшифровывается с информантом: они медленно диктуют нам, что говорит человек на записи, затем записываем пословный перевод и литературный перевод. Ну а основная часть обработки выполняется уже по вечерам: каждое слово надо разбить на морфемы (а в адыгских языках в глаголах частенько бывает и по 8-9 морфем!) и подписать грамматическое значение каждой из них. Этот процесс называется глоссированием:
72

62. Работа.
73

63. А я тем временем иду мыть посуду:
74

64. Ксюша со своей мега-таблицей.
75

65. А вот вам рисунок на стене в кабинете родного языка. Это адыгейский алфавит. Он ровно в два раза больше русского (правда, на рисунке только 64 буквы: отчего-то забыты гъу, жъу и й, зато есть буква ху, которая в моём словаре и букваре буквой почему-то не считается).
76

66. Мы с Натой обсуждаем новый полученный сегодня материал. Как-то непонятно тут условные конструкции образуются, весь вопрос в суффиксе -гъэ:
77

67. Сегодня обнаружилась статья по моей теме, которую я почему-то раньше пропустил. Надо бы её прочитать... Первый час ночи. Через какое-то время спускаемся вниз за чаем, там всё по-прежнему, хотя коллеги уже потихоньку разбредаются спать.
78

68. Лиза в этой экспедиции бухгалтер, ведёт подсчёты расходов.
79

69. Некоторое оживление вносит непонятное огромное насекомое, которое влетает в столовую, начинает носиться по полу и жужжать.
80

70. Минут 10 продолжается охота за ним и попытка выпустить на улицу. Как-то не очень понятно, собирается оно нас кусать или всё же не очень.
Наконец, миссия завершается успехом. Я возвращаюсь наверх дочитывать статью и готовить анкеты на завтра. Зелёный чай помогает не заснуть.
В конце концов сил не остаётся – в том числе и на съёмку чистки зубов и прочего вечернего времяпрепровождения. Впрочем, это не особо и интересно.
81

Доползаю до своего мата и мгновенно проваливаюсь в сон – завтра новый научно-исследовательский день. А вам – спасибо, что провели этот день вместе с нами!

P.S. Тёмы не стало в феврале 2013 года...
Tags: 18-24, 2011, Адыгея, Россия, Уляп, лингвист, особое событие, путешествие
Subscribe
promo odin_moy_den ottobre 2, 2012 09:34 1058
Buy for 300 tokens
Сообщество odin_moy_den было создано 21 декабря 2008 года как проект, направленный на созидание и развитие взаимопонимания в обществе самых разных людей. Всем интересно подсмотреть, как живут люди вокруг, найти для себя что-то новое, познакомиться с хорошими людьми, и сообщество…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 153 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →